ПЕРЕМЕНА

Али — долгожданный мальчик, первый, желанный и такой смешной. Он родился с двумя макушками и забавным завитком на лбу, был очень необычным, прямо космическим каким-то. С самого рождения я не могла найти с ним общего языка, он не любил сидеть на руках, не играл, как обычные дети, мало улыбался и часто смотрел в никуда. Необычный, слишком серьезный и чем-то озадаченный.

Помню, когда ему было 8 месяцев, мы приехали на море – он зарылся ручками в песок и играл так часа два. Когда Алюшка радовался – он прыгал на носочках, перебирая ногами, словно пытался взлететь, а еще он очень любил смотреть на колеса своей коляски во время езды

.Шло время, у Алюши появился младший брат, а Али все больше и больше увлекался колесами коляски, а потом и банками, и бутылками и всем, что крутится и вертится. Однажды мы купили коробку 1,5-литровых бутылок воды, и он, двухлетний малыш, достал все 12 из коробки и вожделенно катал по коридору до умопомрачения.

Да, он был необщительным, да – его увлечения казались странными, но мы все еще не понимали, что происходит. Психологи говорили – не хватает общения, друзья – что он обычный ребенок, а невролог сразу назначил нейролептик, сказал, что проблемы не серьезные и при лечении все пройдет. Вот так мы и витали между небом и землей, пока в 3 года психиатр не озвучил страшный диагноз – аутизм. Шок, отчаяние, ночи на просторах интернета, бесконечные консультации. Но итог один – это не лечится, НО постоянные занятия, начатые как можно раньше, способны сотворить чудо – дети с РАС приспосабливаются и вырастают практически обычными членами общества.

Мы занимались. Много, очень много. И дома, и в реабилитационных центрах, и у частных педагогов, и, несмотря на взлеты и падения и множество трудностей, Алюша пошел в сад, где научился очень многому, он понял правила жизни в обществе, он научился работать в коллективе, самостоятельно одеваться и раздеваться, убирать игрушки на место и еще всевозможным важным мелочам, которые на первый взгляд кажутся пустяковыми, ведь обычным детям они даются так легко.

Алюша вырос. Сейчас ему 7 лет, и пришло время идти в школу. Алюшка умеет говорить, знает некоторые буквы и цифры, фигуры и цвета, считает и, как все обычные дети, любит похулиганить. Он обязательно пойдет в школу и будет учиться, и у него все-все получится, просто ему нужно помочь, поддержать и дать возможность стать достойным человеком.

Дочка — наш единственный и долгожданный ребёнок. Когда она родилась, мы были самой счастливой семьей. Родилась Саша здоровенькой, по шкале Апгар 8/9, и ничто не предвещало особенностей её развития.

Мы регулярно ходили на плановые осмотры, и развитие ребёнка шло, как по календарю. В 8 месяцев у дочки появился лепет, который трансформировался потом в «птичий язык». Когда я спрашивала об этом педиатра, она только успокаивала, говорила: «До трёх лет она имеет право молчать».

Мы много гуляли, потому что ребёнок плохо спал. Я обращала внимание, что она всегда одна, отдельно от всех детей на улице, всегда бегает, а не ходит. Но до этого не знала и никогда не слышала про аутизм. Когда в 2 года мы собрались в группу кратковременного пребывания в сад и проходили всех врачей для медкарты, невролог успокоил меня по поводу речи и сказал: «В ясельной группе она обязательно разговорится!» Но когда мы пришли в садовскую группу, воспитатель через несколько дней сказала мне: «Обратите внимание, она не смотрит в глаза, не откликается на своё имя, она играет одна вне коллектива всевозможными предметами, а не игрушками. Вам необходимо обратиться к неврологу.»

Так начался длительный и очень сложный период…. Врачи, комиссия, многочисленные коррекционные занятия.

Дочка очень ласковый ребёнок, но ее любовь нужно заслужить, найти подход, установить контакт. Она не боится детей, наблюдает за их игрой в стороне, а когда приходит домой, достаёт такую же игру, в которую играли дети, и начинает сама в неё играть. Она не знает, как проявить свою симпатию к ребёнку, не знает, как общаться с ним, ведь у Саши нет связной речи, а только отдельные фразы. Поэтому она подходит, обнимает ребёнка и смотрит на его реакцию.

Она не ленится и много занимается. Особенно любит буквы, уже давно выучила весь алфавит и обожает составлять из букв слова на любой поверхности: на магнитной доске, столе, зеркале, полу, кровати.

Саша любит рисовать, в ее рисунках мы видим фрагменты из любимого мультика «Барбоскины». Но «Барбоскины» не только в ее рисунках, они везде в нашей квартире: это сюжетные инсталляции, все это она сама делает привлекая нас — взрослых — только в сложных случаях.

Два года дочка ходит на подготовку к школе в малочисленной группе из 3-5 детишек с аутизмом. Научилась красиво сидеть за партой, выполнять задание по инструкции учителя, выходить к доске, дежурить в классе, раздавая одногруппникам учебный материал для занятий.

У Саши много трудностей, которые ещё предстоит преодолеть, но её большой интерес, жажда и стремление пробовать и узнавать является двигателем в ее развитии.

Пожалуйста, помогите раскрыть потенциал Саши, преодолеть коммуникативные, когнитивные и социальные барьеры на ее жизненном пути. Это возможно только благодаря обучению в ресурсом классе, который состоит из грамотных специалистов, владеющих принципами и методами Прикладного анализа поведения; структурированной и обогащенной среды, адаптированных программ и материалов и, конечно же, возможности взаимодействия с типично развивающимися сверстниками.

Данная модель обучения «Ресурсный класс», основанная на методах Прикладного анализа поведения, является самой эффективной и научно обоснованной моделью обучения детей с аутизмом, проверенной уже 7-летней успешной практикой в России.

Слава был первым и очень долгожданным ребенком. А я, начитавшись различных педагогических теорий, готова была позволить ему быть таким, каким он хочет, и не навязывать шаблоны поведения. Сейчас это звучит, наверное, смешно. А тогда я просто следила, как он растет, что ему нравится, чем интересуется, и записывала это все в дневник.

Наша с ним общая эйфория закончилась, когда Славе было полтора года. Он уже почти три месяца ел одну лишь гречку, ходил одним и тем же маршрутом, листал одни и те же книжки и ждал одного и того же моего восклицания. Наверное, если бы не соседский ровесник Славы, который рос у меня на глазах, я бы и дальше не осознавала происходящее.

Врачи не могли ничем помочь, они даже не верили и не слушали, а наша жизнь со Славой резко изменилась. И мы не просто много занимались — мы меняли всю нашу систему быта, наши уже сложившиеся взаимоотношения с ним, ритуалы.

Я помню, как сильно Слава кричал, когда внезапно на прогулке мы не заходили в магазин. Или когда по его персональному плану сейчас должны быть качели, а они заняты другим ребенком. И вот тогда случалась истерика.

А в остальном мы мало чем отличались от остальных, когда просто шли по улице за руку. Одна знакомая, в очередной раз отловив своего непоседливого сыночка, даже сказала как-то «везет же тебе, просто гуляете». Да, Слава замечательный и послушный мальчик, если все идет так, как он привык, но, к сожалению, жизнь — это череда изменений. И я старалась помочь ему постепенно привыкнуть к этому.

Теперь Славе семь лет, пора идти в первый класс. И опять будут новые люди, новые кабинеты, новые задания, много-много заданий. И ему нужна помощь, что бы не было так страшно.